Утро в Украине началось тревожно

Утро в Украине началось тревожно. Надя Савченко подошла к Верховной Раде и дергнула за ручку двери. Дверь не открывалась. Тогда Надежда начала барабанить в дверь

— Окрывайте, су*и! Это я пришла, бл@дь, на работу! — кричала она.

— А мы не заказывали, — ответили с той стороны двери.

— Кого не заказывали?

— Ну, судя по всему вас, — вновь ответили с той стороны.

 — Вы не поняли. Я не бл@дь, а народный депутат. А это просто выражение.

— Может и выражение, но вас бля@дей фиг отличишь от некоторых нардепов, — раздалось с той стороны двери.

— Так, хватит со мной пререкаться! Открывайте дверь или пойдете в кобылячью трещину, — высказала Надя свое предупреждение абсолютно не надеясь его исполнить.

— Не откроем. Рада сегодня не работает. Сегодня же суббота.

— Аааааа, — заорала Надежда, — суббота у них, шаббат, понимаешь ли! Хазарское иго не дает работать депутату!

— Не, это не иго, а рабочее расписание. А чего Вы в пятницу, например, не ходите на работу?

— Настроения не было после вечера четверга, — буркнула Надежда.

— Закусывать надо было, — рекомендовали из-за двери.

— Будете всяхую фигню советовать мне тут — взорву вас нафиг, — разозлилась Надя.

— Ну, про это уже генпрокурор рассказывал. Но у него другая версия была, — поддержали диалог из-за двери.

— Ладно, раз перепутала , то пойду домой, — резюмировала нардеп.

— Это разумно, — согласились из-за двери, — А то Вы все время что-то путаете. ПАСЕ с Европарламентом, Парубия с Пашинским. Теперь рабочий день с выходным. Вы бы отдохнули, Надя.

— Какое отдыхать, когда я вся такая творческая и хочу чего-нибудь наворотить. Но с вами это не пройдет. А кстати, с кем я все это время разговаривала?

— Мы из УДО.

— Из условно-досрочного освобождения? — удивилась Надя.

— Нет! Управління державної охорони.

— Тьфу ты, — психанула Герой Украины, — понаплодили всяких структур, запутаться можно. Но ничего, стану премьер-министром и разгоню вас всех нафиг. А еще разрешу гранаты наградные выдавать. На 8 марта, — мечтательно сказала Надя и с этими словами удалилась.

А в это время, в здании Кабмина, премьер-министр Украины Владимир Гройсман нервно готовился к выступлению на форуме по вопросам государственной поддержке украинского бизнеса. Широкими шагами он передвигался из угла в угол своего кабинета и декламировал в слух свою потенциальную речь:

— Особенно сильно чувствуют предприниматели поддержку государства в таких направлениях, как IT-сектор. Например…

Гройсман подошел к к селектору и нажав кнопку коммуникации спросил:

— Мишаня, а есть какие-то хорошие новости по взаимодействию государственных структур с IT-компаниями? Только чтоб была свежая информация.

— Конечно есть, Владимир Борисович, — ответил секретарь, — Например в Виннице на днях СБУ провело обыск трех компаний. Правда там юморная ситуация получилась. У СБУ была постанова киевского суда на обыск и изъятие электронных носителей информации по вопросам использования и администрирования 4-ех сайтов.

— А в чем юмор, Миша?- поинтересовался премьер-министр.

— В том, что обыск должны были провести в одной компании, а провели в трех и ни одна из них не имеет отношения к этим сайтам.

— Мдя… Прям обхохочешься, — подытожил Гройсман, — что-то более свежее и менее прикольное есть?

— Есть, Владимир Борисович! Конечно есть! Вчера, в пятницу вечером, в офисах Новой Почты в Киеве, Полтаве и Харькове, проводились обыски представителями Генеральной прокуратуры Украины.

— Миша, ты издеваешься? Мне на форуме выступать о том, как государство помогает бизнесу. А ты мне такие примеры даешь? В чем позитив, Михаил? — возмутился премьер.

— Владимир Борисович, так все же на поверхности. Да, обыски есть, ведь и прокурорским и сбушникам надо своих деток кормить, но ведь никого не побили и не арестовали! Обратите на это внимание! Мы учимся корректно коммуницировать с бизнесом и становимся более цивилизованными.

— Миша, это аргумент. Позвони организаторам и сообщи, что я не смогу принять участие. Придумай сам почему, — и отпустив кнопку селектора, премьер-министр подошел к окну кабинета. За окном хорошо была видна не чищенная от снега улица Грушевского. Он подумал о том, что в остальном Киеве ситуация не лучше.

— Мдя, у кого-то ситуация еще хуже, чем у меня, — порадовался Гройсман за Кличко. — Но ничего, стану президентом и тогда….

Тут зазвонил телефон и Владимир Борисович не успел закончить мысль.

Утро в Украине продолжало быть тревожным. Президент продолжал встречаться с блогерами и поднимать шапки, не понимая, что делать надо иное, депутаты боялись перевыборов, но с маниакальной упертостью не ходили на работу в ВР, борцы с шоколадным барыгой требовали сменить барыгу на себя, но не предлагали плана изменений в стране после смены, блогеры срались в фейсбуке друг с другом, скотыняки сцепились с брехуняками, а борьба с олигархами дошла до такого уровня, что их люди в открытую возглавляли партии. И весь этот балаган назывался — политическая жизнь Украины. Радовало то, что выход из этого шапито есть. Но грустно было от того, что пока не понятно где он находится. Единственное, что успокаивало — так уверенность, что все будет хорошо. Ведь по другому, в конце-концов, в Украине быть не может.